Наше дело чистое – трубочисты мы!

[note]Я люблю свою работу. Люблю делать ее хорошо. Люблю интересные заказы, когда приглашают в старые здания.[/note]

Москвичка Галина Розвадовская – обладательница романтической профессии, но такой, которая априори всегда считалась очень мужской. Она единственная в столице женщина-трубочист. Галина не боится высоты и не стесняется грязи. «Грязное дело – воровать, а наше дело – чистое», – говорит она.

В ее подчинении – трое мужчин

Путь Галины в необычную профессию был долгим. По образованию она – химик, окончила Химический университет имени Менделеева и была уверена, что выбрала для себя дело на всю жизнь. После того как врачи обнаружили у Розвадовской аллергию, ей пришлось искать себя в другой сфере.

Занялась совершенно противоположным – рукоделием и трикотажным дизайном. – Шить и вязать я любила с детства, поэтому быстро вошла во вкус и открыла свою студию, – вспоминает она. В Москве уже тогда существовала Московская палата ремесел, которая проводила для своих участников выставки.

На одном из таких мероприятий Галина познакомилась с представителями Гильдии печников и узнала, что в столице есть такая профессия – чинить вентиляционные трубы, дымоходы и камины. Новый знакомый, трубочист, предложил поучаствовать в бизнесе. Галина должна была взять на себя функции организатора и диспетчера, но на самом деле занималась она всем и с нуля.

Вместе с партнером проходили процедуру лицензирования фирмы, собирали информацию о технологиях и даже придумывали инструменты для работы. – Если кто-то думает, что самое главное в этом деле – опустить ёрш в трубу и почистить, он ошибается, – объясняет Розвадовская. – Самое важное – это оценка состояния, диагностика, когда нужно выявить причину проблемы. Мы первыми в Москве стали использовать видеокамеру, которую собирали своими руками.

Галина выезжала на объекты и проводила осмотр. К высоте привыкла быстро, говорит, главное – не терять чувства опасности и быть всегда начеку. Грязи тоже не боится – вся работа выполняется в спецовках. А вот партнер не выдержал будней трубочиста, ушел, оставив Розвадовскую рулить одну.

Она не растерялась, хотя первое время было очень тяжело: и аренду надо платить, и штат набирать – опытных трубочистов в Москве по пальцам пересчитать. Сейчас у Галины своя фирма и трое мужчин-трубочистов в подчинении.

Почему не любит заказы с Рублевки

– Я люблю свою работ у. Люблю делать ее хорошо, потому что лучше тогда вообще не делать, – говорит Галина. – Люблю интересные заказы, когда приглашают в старые здания. Один из последних – особняк посла США на Арбате. Там сломались старинные камины, Галина и ее подчиненные дали им вторую жизнь.

Удалось поработать ей и в особняке фабриканта Саввы Морозова на Спиридоновке. Такие моменты, конечно, не забываются. Заказы с Рублевки, а также из других элитных коттеджных поселков Розвадовская, напротив, не любит: уж слишком много чванства у их обитателей.

Камины, кстати, – модная нынче тема. Покупают и устанавливают их не только богачи, но и люди со средним достатком, которые хотят тепла и уюта в своем доме.

Цилиндр на голову и на… свадьбу

Спецформа, видеокамера и чемодан с набором инструментов очень далеки от того образа, который ассоциируется с трубочистом. В сказках Андерсена и в нашем сознании он другой – в высоком цилиндре, черном сюртуке и перепачканный сажей. Таких трубочистов давно нет, но старая английская традиция – приглашать чистильщиков труб на свадьбу – до сих пор жива, и не только в Британии.

Дело в том, что в Европе всегда считалось, что встреча с трубочистом приносит удачу, а сажа, которой он перепачкан, – это символ домашнего очага. – Несколько лет назад мне из Питера позвонил мужчина, который играл свадьбу сыну, и попросил кого-то из наших сотрудников поприсутствовать на свадьбе.

Анимационных заказов у Галины было немного, но все они запомнились. В последний раз она надевала сюртук и цилиндр на свадьбу дочери полтора года назад – на счастье. Сама женщина-трубочист не замужем, говорит, что мужчины капризные, день у нее расписан и на высоте она чувствует себя комфортнее, чем за «каменной стеной».